Некоторые места из Библии и Бхагавад-Гиты можно толковать так, чтобы они не противоречили атеизму.

Можно предположить, что в Библии содержится пророчество об изобретении прибора для прослушивания мыслей, о создании эликсира бессмертия и о победе науки над всеми болезнями.

На Земле исчезнет преступность, подлость и обман, когда сбудется пророчество Иисуса Христа: «Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным, и не было бы узнано». (Евангелие от Матфея, 10, 26; от Марка, 4,22; от Луки, 8,17; 17,2). Это пророчество сбудется тогда, когда из радиодеталей будет изобретён и сконструирован прибор для прослушивания мыслей. По-моему, если бы каждому человеку подарить такой прибор для прослушивания мыслей, то всё стало бы происходить в интересах большинства, и никто не мог бы преследовать корыстные или преступные интересы. От подлецов и негодяев все бы просто отвернулись, услышав их мысли; ни обман, ни самообман стали бы невозможны. Но если большинство людей не захотят жить в новом мире, где нет тайн, то хотя бы милиции этот прибор необходим, чтобы, прослушивая мысли, выловить всех преступников. В «Откровении Иоанна» сказано: «ни болезни, ни смерти, ни плача, ни вопля уже не будет». По-моему, наука победит все болезни и сам процесс старения. Будут найдены химические вещества, которые будут препятствовать старению, и продолжительность человеческой жизни будет исчисляться миллиардами лет.

Доводы в пользу аскетизма.

В «Бхагавад-гите» Господь Кришна говорит: «Тот обладает истинным знанием, кто никогда не радуется, когда случается что-то хорошее, и не огорчается, когда случается что-то плохое». По-моему, можно логически обосновать справедливость этой истины. Если, узнав истину (например, узнав, что жена была ему не верна), человек огорчился, то, значит, он не желал эту истину узнавать, не желал расставаться со своими приятными заблуждениями. Если правда горька, а заблуждение приятно, то, начиная логически мыслить, человек начинает догадываться о неприятной истине и испытывает страдание; поэтому у него вырабатывается условный рефлекс-отвращение к логическому мышлению, возникают умственная лень и, возможно, отвращение к занятию математикой, физикой, химией, философией. Человек, не желающий расставаться со своими приятными заблуждениями, испытывает страдание также и тогда, когда вспоминает неприятные факты, мешающие ему находиться в приятном заблуждении; поэтому у него возникает желание забыть неприятные факты, то есть возникает отвращение к длительному хранению информации в своей памяти.

Итак, тот, кто огорчился, узнав, что случилось что-то плохое, не желал догадываться о неудаче, которая должна была постигнуть его, тешил себя несбыточной надеждой, не желал мыслить логически и помнить неприятные факты, и, следовательно, имел стремление к интеллектуальной деградации и отвращение к истинному знанию.

Жестокий и безжалостный эгоист может без труда следовать этому правилу – никогда не радоваться, когда случается что-то хорошее, и никогда не огорчаться, когда случается что-то плохое, и таким путём приобрести большие познания. Не желая изменять окружающую действительность, а, желая только познавать её такой, какая она есть, он видит смысл жизни только в накоплении знаний, и поэтому ему не так уж нужны усилия над собой, чтобы не деградировать.

Тот же, кто имеет доброе сердце, развитое чувство жалости и сострадания к другим людям, тот не может не огорчиться, узнав о существовании неизлечимых больных, которым он ничем не может помочь, не зная медицины. Он не может не огорчиться, узнав о существовании злодеев, которым он не может воспрепятствовать обижать невинных людей. Хорошо, если он является оптимистом и верит в свои способности. Хорошо, если он надеется, занимаясь медициной, изобрести новые лекарства от неизлечимых болезней или, занимаясь спортом, развить свою физическую силу, чтобы заступаться потом за невинных людей. Но если добрый человек – пессимист и не верит в свои силы и способности, то, сталкиваясь со злодеями, он огорчается, и в его душе возникает желание думать об этих злодеях лучше, чем они есть.

Нравственный человек желает, чтобы окружающие люди тоже были нравственными. Если же окружающие его люди не таковы, как ему того хотелось бы, то у него возникает желание думать о них лучше, чем они есть на самом деле, то есть возникает желание обманывать самого себя. Для того чтобы не деградировать, нравственному человеку нужны или оптимизм – вера в свои силы и способности, или мучительное аскетическое усилие над собой – «распятие плоти своей со страстями и похотями». «Царство Небесное от дней Иоанна Крестителя доныне усилием берётся, и те, кто употребляют усилие, восхищают Его». (Евангелие от Матфея, 11,12.)

«Овца» в тексте Библии означает доверчивость. Библия призывает всех добрых людей «принести овцу в жертву Господу», то есть не доверять никому из людей. В книге пророка Иеремии сказано: «Берегитесь каждый своего друга, и не доверяйте ни одному из своих братьев, ибо всякий брат ставит преткновение другому, и всякий друг разносит клеветы. Каждый обманывает своего друга, и правды не говорят: приучили язык свой говорить ложь, лукавствуют до усталости». (Книга Иеремии, 9, 4-5.) А как хочется иногда всем сердцем доверять любимому человеку! Как хочется поэту боготворить свою возлюбленную! Очень маловероятно, чтобы возлюбленная на самом деле обладала всеми теми прекрасными качествами, какие приписывает ей влюблённый поэт. Скорее всего, он обманывает себя, и, значит, интеллектуально деградирует, и не стать ему ни математиком, ни физиком, ни химиком, если он не перестанет создавать «кумира» из своей возлюбленной, если не заставит себя увидеть в ней самые очевидные недостатки. Итак, нельзя верить никому из людей. Нельзя радоваться от мысли, что встретил прекрасного нравственного человека, предполагая, что этот человек может лгать и притворяться нравственным. Чтобы не впасть в приятное заблуждение, лучше быть подозрительным, чем доверчивым. И это обычно трудно для доброго человека.

Этот довод в пользу аскетизма является весьма спорным. Весьма сомнительно то, что для того, чтобы осознать неприятную правду и расстаться с приятными заблуждениями, нужны мучительные усилия над собой. Весьма странно говорить о принуждении себя к осознанию неприятных истин.

О пользе полного удовлетворения всех остальных потребностей, и сексуальной в том числе.

Христос говорит: «Просящему у тебя дай» (От Матфея, 5:42), а апостол Павел заповедует: «Всегда радуйтесь». (Первое послание к Фессалоникийцам, 5:16).

Есть возможность толковать эти слова, как слова, говорящие о пользе полного удовлетворения всех потребностей доброго человека.

Пищевая потребность может быть полностью удовлетворена по причине ограниченности человеческого желудка, и существует максимум для количества шоколада, творога, колбасы, хлеба и других продуктов, которые может съесть человек в течение суток. Голодному – не до науки; голод мучает его и не позволяет ему думать ни о чём другом, как только о средствах достать еду. Так же полезно и удовлетворение других потребностей: в одежде, вещах, дружбе. Все эти потребности растут, будучи неудовлетворенны, и исчезают, будучи удовлетворены.

И для сексуальной потребности наблюдается тот же самый закон: после того, как детей появится достаточно много, сексуальное желание исчезнет. Сексуальная похоть может вновь и вновь с ещё большей силой возникать у мужчины только в случае бесплодия его жены, то есть только тогда, когда жена не может очень долгое время забеременеть. Причиной сексуальной похоти является духовное желание человека продолжить свой род, и после того, как потребность в продолжении рода будет полностью реализована, исчезнет и сексуальная похоть, а её место займёт желание заниматься воспитанием детей. Таким образом, Господь Кришна не прав, когда утверждает, что якобы сексуальное наслаждение – злейший враг человеческой души, что оно якобы погружает душу в невежество. Господь Кришна не прав, когда сравнивает половое вожделение с костром, в который подбрасывают дрова, и который разгорается всё сильнее и сильнее. Сексуальная похоть ненасытна только до момента появления на свет детей, в дальнейшем же, родители так сильно увлекутся воспитанием родившихся детей, что им уже будет не до секса, и желание заниматься сексом пропадёт само собой вместе с желанием заводить ещё новых детей.

Очень маловероятно, чтобы в живой природе вредные мутации происходили чаще, чем полезные. Если предположить, что вредные мутации происходили чаще, чем полезные, то эволюцию придётся уподобить многократному выпадению единицы при бросании игральной кости. Если предположить, что на самом деле мутация вредная более вероятна, чем полезная, что регресс вероятнее, чем прогресс, то вероятность гибели жизни должна неуклонно возрастать с течением времени. Между тем, очевидно, что эта вероятность гибели жизни не возрастает, а убывает по мере усложнения организмов, так как сложные организмы будут более приспособлены, имея множество защитных приспособлений от различных внешних воздействий, и особенно приспособленным является человек разумный. Следовательно, утверждение, что якобы вредные мутации более вероятны, чем полезные, является ошибочным. Таким образом, в самой материи существует стремление к усложнению и развитию, и движение органической материи от простого к сложному является необходимостью, а не случайностью.

Те особи, которым вредные продукты питания казались вкусными, погибали в ходе естественного отбора, а те, которым полезные продукты казались вкусными, выживали. Поэтому, всё, что вкусно – полезно для здоровья. Конечно, очень неразумно смешивать продукты в салате, добавляя в салат лук, который невозможно съесть отдельно. Поскольку нужны большие усилия, чтобы заставить себя съесть луковицу, то лук не нужен организму, вреден для него. Бананы, очевидно, очень полезны, если они так вкусны. Однако сколько усилий нужно приложить, чтобы заставить себя впервые выпить спирт или выкурить сигарету! Значит, алкоголь и никотин являются действительно вредными, если организм инстинктивно противится им.

Так же и другие потребности человека сформировались в результате естественного отбора. Следовательно, в удовлетворении всех потребностей кроме сексуальной потребности – нет вреда, а, будучи неудовлетворенны, они отвлекают человека от занятий наукой. Что же касается сексуальной потребности, то в результате длительной эволюции должна была вывестись такая порода людей, которая может заниматься сексом только с целью зачатия ребёнка. Таким образом, следование своей потребности продолжить свой род тоже полезно и целесообразно.

Только вот страх перед иерархами, страх слабого перед сильным порождает различные виды рабства.

Итак, существуют только два желания, удовлетворив которые, добрый человек может себе навредить: желание забывать пережитые обиды или какие-то другие неприятные факты и желание не догадываться о неприятной истине. Слова коммунистов: «Полное удовлетворение всех материальных и духовных потребностей человека – есть условие для разностороннего развития его личности» совпадают по смыслу с заповедью Иисуса Христа из Нагорной проповеди: «Просящему у тебя дай».

Можно логически доказать только то, что удовлетворение всех потребностей – есть необходимое условие для всестороннего развития его личности, происходящего без мучительных усилий над собой. Действительно, для того, чтобы не возникало отвращение к логическому мышлению и приобретению знаний в душе доброго человека, необходимо исключить из его жизни, во-первых, мучительные обидные минуты, которые ему хотелось бы скорее забыть, во-вторых, такие ситуации, в которых он не желал бы догадываться о неприятной истине. Другими словами, надо сделать окружающую действительность на самом деле прекрасной, чтобы не возникало желания идеализировать эту действительность. Если же последнее невозможно, то добрый человек должен постоянно «молить себя» – заставлять себя делать то, что не хочется, ведя беспощадную борьбу со своей собственной умственной ленью, в муках преодолевая своё отвращение к логическому мышлению. Это один из доводов в пользу аскетизма.

Если бы в космосе нашёлся всемогущий Высший Разум, который перевоспитал бы всех окружающих его жестоких людей, сделав их на самом деле такими, какими их желает видеть этот глупый и добрый человек, то всякая правда стала бы сладкой, а не горькой. Желание не знать правду не возникало бы в его душе, не возникало бы желание идеализировать окружающих людей, не возникало бы отвращение к логическому мышлению. Этот глупый человек с радостью познавал бы тогда прекрасный окружающий мир, где ничто его не огорчает, и в скором времени превратился бы из глупого человека в умного человека. Если же желание человека не исполнилось, и он огорчился, то он огорчился после того, как узнал о постигшей его неудаче; следовательно, он не хотел узнать это. Мало того, узнав о каком-то неприятном факте и огорчившись, человек рад бы забыть об этом, да не может, к его сожалению, то есть при любой огорчившей его неудаче у человека возникает вредное для его интеллекта желание забыть.

На этот довод о том, что страдания разрушают умственные способности и порождают умственную лень, можно выдвинуть противоположный довод об усилении умственных способностей в результате страданий: страдания делают человека трусливее или осторожнее, потому что тот, кто никогда не страдал, не может чего-либо бояться, а тот, кто страдал много, боится ставить смелые эксперименты и напряжённо всё обдумывает, прежде чем принять какое-либо решение, так как он боится совершать ошибки, и это напряжённое обдумывание, то есть желание теоретически предсказывать последствия того или иного действия, развивает его умственные способности.

Можно предположить, что некоторые места из христианской Библии провозглашают необходимость аскетизма, мучительной и беспощадной борьбы со своей собственной умственной ленью. Для Первенца нет никого, кто мог бы переделать окружающую действительность из безобразной действительности в прекрасную действительность, поэтому у Него самого должна возникать умственная лень. «Но неразумное мира избрал Бог, чтобы посрамить мудрых, и слабое мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное». (Первое послание к Коринфянам, 1.27). Чтобы стать мудрым, Первенец должен «молить себя» – заставлять себя делать то, что не хочется, добровольно мучая себя.

Имея плохую способность к запоминанию информации и непреодолимое отвращение к занятию математикой, физикой, химией, Первенец должен до изнеможения заставлять себя заниматься этими науками, «распиная на кресте плоть свою со страстями и похотями». В самом деле, представьте себе очень доброго человека, который муху жалел убить и возмущался тем фактом, что люди рыбачат и охотятся. Ещё больше огорчало его то, что одни люди мучают и обижают других. Чтобы не страдать, он погружается в приятное заблуждение, что в скором времени он сможет сочинить такую проповедь, которая растопила бы жестокие сердца и пробудила бы совесть и жалость у злодеев. Горькая же правда, что никакие увещевания и проповеди не могут заставить злодеев покаяться, не желала им осознаваться. Вследствие этого и возникала лень заниматься науками. Если в какой-то момент он понял эту горькую правду, то на смену этой утопической идее пришла другая утопическая идея: он сможет стать тем мудрецом, который сможет доказать то, что всякий злой поступок будет обязательно отомщён. Например, он сможет доказать то, что мучивший кошку человек после своей смерти непременно родится кошкой, которую будут мучить. И тогда все злодеи, выслушав его аргументы, уверуют в неизбежность возмездия, испугаются и перестанут делать зло. Желание думать об окружающих людях лучше, чем они есть на самом деле, тоже сыграло немаловажную роль в его умственном отупении. А если этот человек, кроме того, в юном возрасте много занимался онанизмом, то это совсем разрушило его умственные способности, и теперь ему нужно тридцать раз прочитать учебник химии для того, чтобы запомнить его. И вот, наконец, он понял то, что никакие сказанные слова не могут переубедить лжецов, угнетателей, воров и убийц, а только изобретение прибора для прослушивания мыслей может положить конец преступности, подлости, обману, взяточничеству и воровству. Он понял, что люди откажутся от мяса и рыбы только после того, как наука создаст искусственный белок, химические котлеты, не уступающие по своему качеству и вкусу натуральным. Он понимает, наконец, что, только занимаясь физикой, химией, математикой, он может принести пользу человечеству. Но даже если он сумел отвыкнуть от всякого секса, он имеет два сильно развитых условных рефлекса: быстрое забывание информации и отвращение к логическому мышлению. Сидеть за учебниками – великое мучение для него. Его просят посидеть в компании, прийти на дискотеку. Он очень сильно хочет верить в то, что нужен людям, и приносить им радость, ибо самое сильное его желание – приносить кому-нибудь радость. Но он делает над собой невероятное усилие и запрещает себе делать то, что хочется. Каждую свободную минуту он посвящает запоминанию формул физики и химии. Он мучает себя каждый день до изнеможения, преодолевая своё отвращение к умственному труду, имея умственные способности во много раз ниже, чем те, кто проводят свободное время на дискотеках. «Обливаясь потом и кровью», он «молит себя», то есть заставляет себя делать то, что не хочется, и, наконец, достигает результата. Изучив в совершенстве радиотехнику, он из радиодеталей конструирует такой приёмник, с помощью которого может слышать мысли другого человека. Может быть, занимаясь физикой и химией, он создаёт сказочную «шапку невидимку» – химическое вещество, делающее невидимыми ткани его организма. Может быть, он просто изобретает гиперболоид, как инженер Гарин в романе Алексея Толстого. Во всяком случае, учёный-одиночка с благородной душой, с горячим желанием переделать этот мир так, чтобы стал счастливым каждый, захватывает неограниченную власть над этим миром. Он принуждает всех воров и эксплуататоров раздать награбленное нечестными способами богатство, с помощью прибора для прослушивания мыслей он обнаруживает и обезвреживает всех подлых и бесчестных людей. Всякое зло и всякий обман исчезают навсегда. Может быть, он каждому подарит такой приёмник для прослушивания мыслей. А может быть, создаст автоматическую систему, которая будет прослушивать мысли каждого человека и при первом же возникновении преступного желания хватать его за руку. Во всяком случае, вскоре никто даже не будет желать совершить преступление, потому что поймёт, что совершить преступление так же невозможно, как изобрести вечный двигатель. Занимаясь биохимией, этот учёный изобретёт эликсир вечной молодости и подарит его каждому, желающему обрести бессмертие. Таким образом, люди станут жить миллиарды лет, не старея и не теряя с возрастом способность к творчеству. Он изобретёт также химические вещества, дающие способность с одного раза запоминать наизусть любую книгу и никогда не забывать прочитанную информацию. И тогда все люди без труда и без всяких усилий над собой приобретают все те научные знания в области математики, физики и химии, которые в результате тяжкого труда и мучительных усилий над собой приобрёл этот учёный.

Справедливо ли это, если один кто-то добровольно страдает, занимаясь наукой, а все остальные люди ведут праздный образ жизни и придут потом на всё готовенькое, что изобретёт для них этот первенец и мученик?

Во-первых, этот учёный может стать завистливым и рассуждать так: «Я мучился, заставляя себя заниматься наукой, и изобрёл для себя то, что мне надо, а вы только наслаждались. Если я подарю вам свои изобретения, то вы окажетесь тогда счастливее меня. Нет, помучайтесь так, как я мучился, – тогда тоже изобретёте для самих себя то, что я изобрёл для самого себя».

Во-вторых, этот учёный может привыкнуть к аскетическому образу жизни. Поэтому он продолжает следовать правилу – запрещать себе всё то, что больше всего хочется делать. Он не может не испытать чувство радости, если поможет кому-то в беде или совершит добрый поступок. Но он до сих пор всегда запрещал себе все удовольствия и добрые дела, чтобы полностью посвятить себя приобретению научных знаний, и это могло стать его привычкой. Тогда он и может, и желает уничтожить всякое зло и страдание, но всегда запрещает себе делать то, что желает. Поэтому он продолжает только наблюдать за всем происходящим, но запрещает себе всякое вмешательство в ход событий.

Вот почему революционное преобразование безобразной действительности в прекрасную действительность и полное удовлетворение всех материальных и духовных потребностей доброго человека – это альтернатива тому аскетизму, который предложен христианством и индуизмом. Дело в том, что наблюдается следующее явление: когда кто-то или что-то, например его собственная трусость, ограничивает свободу доброго человека, тогда происходит деградация этого человека. Кто-то его ругает и наказывает, кто-то ему что-то запрещает, а он всегда желал и желает только одного – приносить другим радость. Естественно, ему становится обидно. Обидные минуты хочется скорее забыть, и происходит интеллектуальная деградация. Например, парни попросили девушку показать стриптиз, и она с радостью доставила им это удовольствие: танцевала перед ними совсем голая. А родители, узнав об этом, ругали и били её, утверждая, что она позорит их своим поведением. Вот пример обидной несправедливости, которая повлечёт деградацию девушки. Другой человек порабощён трусостью, которая не позволяет ему бросить вызов бессмысленным обычаям, традициям и предрассудкам. Он мучается и страстно желает чего-то, например, надеть юбку, но стыдится и не может. Поэтому революция – это действительно скачок вперёд, позволяющий смело и решительно сбросить с себя иго ненужных обычаев и смело осуществить все свои мечты и желания. Угнетённый класс невыносимой жизнью побуждается к революции, а тот, кто много выстрадал, имеет доброе и справедливое сердце и будет мстить только садистам, которые преднамеренно мучили его. Возможно, что именно не отомщенные обиды порождают умственную лень, а если бы каждый смог вырваться на свободу из «клетки запретов и правил приличия», то после этого у него возникло бы желание заниматься наукой. Запретный плод сладок. Для того чтобы перестать мечтать о каком-нибудь лакомстве, надо этим лакомством пресытиться. Запрещено должно быть только то, от чего есть вред обществу. Всё, что свыше уголовного кодекса – чепуха. Нужно, чтобы люди пресытились полной неограниченной свободой, если у этих людей есть совесть, не позволяющая им нарушать уголовный кодекс. «Прыжок в царство свободы из царства необходимости» – так охарактеризовал Маркс социалистическую революцию. После этой революции люди начинают сознательно творить свою историю, и там, где раньше была стихия, возникает плановое регулирование, что позволяет преступника не наказывать, а создать такую среду, которая не могла бы породить в себе преступника.

Однако неизвестно, является ли полное удовлетворение всех материальных и духовных потребностей доброго человека не только необходимым, но и достаточным условием для его беспрепятственного интеллектуального развития. Могут существовать и другие причины, порождающие его умственную лень. Но когда-то наука создаст эффективные фармакологические препараты, избавляющие от умственной лени, улучшающие работу мозга, и умственный труд обязательно тогда станет лёгок и радостен для каждого. Вместо этого же «атеистическое христианство», описанное выше, предлагает добровольно мучить самого себя, совершая над собой титанические волевые усилия. Вместо того, чтобы менять сначала внешнюю среду, оно предлагает путём самоистязания менять себя, что очень подло и несправедливо. На мой взгляд, мучить самого себя так же подло, как и мучить кого-нибудь другого. Не надо принуждать себя к занятию нелюбимым, но общественно полезным делом, а надо создать такие внешние условия, благодаря которым захотелось бы делать это общественно полезное дело. Таким образом, христианская идея аскетизма глубоко несостоятельна и вредна, на мой взгляд.

Атеист, который ошибочно думает, что в его головном мозгу существует закон возрастания энтропии, придёт к выводу, что надо мучить себя, принуждая к тому, что не хочется делать, чтобы не деградировать, а усложняться. Несостоятельность взглядов такого атеиста следует из того, что эволюция и усложнение в живой природе существовали задолго до появления человеческого разума, даже у безмозглых растений и микроорганизмов, которые никаких волевых усилий над собой не делали, но, тем не менее усложнялись, а не деградировали.

Тот же, кто Разумного Творца считает первопричиной всех явлений, рассуждает так: «Раз Творец дал мне для чего-то похоти и страсти, то, конечно, не для того, чтобы я боролся с ними и мучился, а для наслаждения. Если Творец – причина всего, то Он – причина и всех желаний, возникающих у меня. Я не могу заставить себя хотеть чего-то, если мне этого не хочется. Я не могу заставить себя и не хотеть чего-то, если мне этого хочется. Следовательно, желания возникают в моей душе не по моей воле, а по воле Творца. Не ограничивая моей свободы, ничего мне не запрещая, Творец может воздействовать на меня так, чтобы я хотел всегда только того, что угодно ему. Делая то, что хочется, наслаждаясь, я буду одновременно двигаться к прогрессу. Следовательно, усилия не нужны».

Но и тот, кто не верит в существование Разумного Творца, но считает, что стремление к развитию и усложнению присуще само по себе всей органической материи, тоже придёт к тому же самому выводу о том, что никакие волевые усилия над собой не нужны, и надо всегда делать то, что хочется, удовлетворять все свои потребности, и потребность в знаниях в том числе.

Несколько лет назад я выдвигал предположение о том, что библейское слово «Бог» означает неизменные фундаментальные законы физики и неизменные математические истины. Закон сохранения энергии, закон сохранения электрического заряда, закон всемирного тяготения, закон Кулона, дифференциальные уравнения, которыми описываются все реальные природные процессы, – всю эту совокупность неизменных законов вполне можно назвать Логосом, без которого ничто не начало быть, что начало быть. Если бы не разноимённые, а одноимённые заряды притягивались, то все положительные заряды слиплись бы в одну кучу, все отрицательные заряды – в другую кучу, и ни атомы, ни молекулы, ни жизнь, ни мыслящий дух не могли бы возникнуть. При бесконечной скорости света был бы невозможен электромагнетизм. (Савельев И., Курс физики, том 2). Если бы пространственных измерений было бы не три, а четыре, то сила взаимодействия была бы обратно пропорциональна кубу расстояния, и из второго постулата Бора вытекала бы невозможность существования различных типов атомов и спектров. (Библиотека Квант, выпуск 79, «Судьба классического закона».) Мы обязаны своим возникновением именно этой совокупности законов физики, поэтому логично считать, что совокупность законов природы – это и есть Бог. И авторы Библии знали о неизменности Бога: «У Него нет изменения и ни тени перемены». (Послание апостола Иакова, 1, 17).

Однако это будет противоречить другим местам Библии, где о Боге говорится, что Бог «видит», «слышит», «знает» и т д. Как законы физики и математические формулы и теоремы могут видеть, слышать, знать?

Ранее мне показалось, что книга «Тантра» Шри Раджнеш во много раз хуже и опаснее Библии. Эта книга «Тантра» дерзко нападает на библейские идеи аскетизма, призывая нас не делать над собой усилий, а плыть по течению своих желаний: «Вот почему индусы говорят, что весь мир – сновидение. Только сновидец не является сновидением, всё остальное – сон. Обратите внимание на красоту этой истины: только видящий сны не является сновидением, иначе сновидение не могло бы существовать». Далее идёт призыв поступать всегда так, как будто и на самом деле всё было только твоим сновидением, освободиться от всякой морали, нравственности и запретов, не отказывать себе ни в каких удовольствиях, быть раскованным и плыть по течению. Далее идёт призыв не удерживать себя от получения сексуальных наслаждений, хотя каждый индус, каждый последователь Господа Кришны считает, что сексуальное наслаждение – злейший враг души, погружающий душу в невежество. Шри Раджнеш, автор «Тантры», называет лжецами авторов Библии и Корана, говоря, что ад – это шокотерапия, запугивание тех, кто не послушает библейских заповедей и будет грешить. Сегодня я думаю, что это весьма спорный вопрос, что вреднее: Тантра или Библия. Но всего лишь год тому назад, когда я считал Библию истинной книгой, я предположил, что мучиться в геенне огненной, о которой говорится в Библии, будут те «неверующие», которые не верят в реальное существование внешнего мира, считают свою жизнь просто сновидением, не верят в существование других «я», то есть не верят в существование чужих сознаний и ощущений, и печь огненная, в которой плач и скрежет зубов, действительно является необходимой для наказания определённой категории «неверующих» людей. Эти люди являются «неверующими» в том смысле, что они, по словам Владимира Ильича Ленина, – «сумасшедшее фортепиано, вообразившее, что оно одно существует на всём свете».

Я поясню, во что надо верить без доказательств, и за отсутствие какой веры попадут в место мучений такие «неверующие». Представьте себе такой эпизод: мальчик мучает кошку, привязывает её за хвост и вонзает в неё острые иголки. Мама говорит ему, чтобы он пожалел кошку, не мучил её, что кошке больно. Но мальчик говорит: «Я не верю в то, что кошке больно, и потому буду делать то, что мне хочется». Мама берёт иголку, колет мальчика и говорит: «Вот тебе больно, если тебя уколоть иголкой? Кошке тоже больно. Видишь, ты отдёргиваешь руку и кричишь, когда тебе больно. Точно так же, как ты, ведёт себя кошка. Следовательно, ей тоже больно». Когда мама говорила мальчику такие слова, мимо проходил очень интеллектуально развитый, но жестокий и безжалостный эгоист. Эта женщина с доброй душой казалась ему бесконечно скучной, примитивной и нагоняла скуку на него. И он захотел навредить ей, сделав мальчишку таким же жестоким и безжалостным эгоистом, как он сам. Он сконструировал электронную «кошку», внутри которой находились моторчики вместо мышц, датчики, реагирующие на укол иголки, и магнитофон с кассетой, на которую были записаны крики живой кошки. Внешне электронная «кошка» была похожа на живую кошку. Когда эту «кошку» уколешь иголкой, под действием датчика включаются электродвигатели и магнитофон, и «кошка» начинает двигаться и кричать, как будто она живая. Эту «кошку» он принёс мальчику и показал, что когда уколешь её иголкой, она ведёт себя точно так, как будто бы ей больно – начинает вырываться и кричать. «Теперь посмотри что там внутри, – сказал учёный человек мальчику. – Узнав, что данный крик – просто запись на магнитофоне, включившемся от нажатия иголки на датчик, можешь ли ты теперь поверить в то, что эта «кошка» закричала потому, что ей стало больно? Можешь ли подумать, что «кошка» испытывает судорожные движения от боли, узнав, что это просто включились электродвигатели от нажатия иголки на датчик. «Конечно, нет, – сказал мальчик. – Конструкция этой «кошки» проста. Эта механическая игрушка не способна испытывать боль». На это злодей сказал: «Точно также, но немного сложнее устроена и живая кошка. То, что она кричит, как ты, и делает судорожные движения, когда ты колешь её иголкой, – всё это не доказывает то, что она способна испытывать боль. Единственное, что ты знаешь достоверно, так это то, что ты испытываешь боль, когда иголка прикасается к твоему телу. Поверь мне, ни кошка, ни другие люди не могут испытывать боль; только ты один во всей Вселенной способен испытывать боль». На следующий день мальчик снова мучил кошку. Мама снова стала говорить ему: «Ты что, забыл, что кошке больно? Неужели тебе не жалко её?» Мальчик сказал: «Я не верю в то, что кошке больно». Мама спросила: «Почему же она кричит, вырывается?» «А вот почему, – сказал мальчик и показал маме механическую игрушку, которая вела себя точно так же, как и живая кошка, когда кололи её иголкой. – Эту игрушку мне подарил один дядя и сказал мне, чтобы я не жалел никого, ни кошек, ни людей, потому что никто кроме меня не способен испытывать боль». «Кто этот негодяй?! – воскликнула мать. «Какой-то дядя, называющий себя духовным учителем», – ответил мальчик и снова начал колоть живую кошку иголками, получая удовольствие от наблюдения за её реакцией на укол иголки. Мать вдруг с ужасом поняла, что не может доказать мальчику существование чужих ощущений, что в существование чужих ощущений надо верить без доказательств, как и она всегда верила и продолжает верить. Она поняла, что только насилие может остановить садиста-мальчишку и избавить несчастную кошку от мучений. Она взяла ремень и избила мальчика, сказав, что будет бить его всякий раз, как он будет мучить кошку. Однако мальчишка заметил такую закономерность: можно было безнаказанно мучить кошку, когда мамы не было дома. Он не верил в то, что может существовать жалость; он не знал, что это такое. Он считал, что глаза мамы – это датчик, реагирующий на садистское действие по отношению к кошке, что этот датчик включает моторчики, а эти моторчики приводят в движение руки мамы так, что руки берут ремень и порют его. Когда он вырос, то стал жестоким маньяком, долго мучил и истязал свои жертвы, прежде чем убить. И вот в том случае, если он будет пойман на месте преступления и доживёт до пришествия Христа и «страшного суда», его тело будет подвергнуто таким же мукам, каким он подвергал свои жертвы, по закону Моисея: «Зуб за зуб, око за око, ушиб за ушиб». Для того чтобы он знал впредь, что за всякое мучение, которое он принесёт другому живому существу, за неверие в то, что другие живые существа способны испытывать мучение, за это неверие он будет наказан такой же дозой мучений, какую дозу он принёс другому живому существу. Таким образом, тот, кто поверит Шри Раджнеш, что мир – сновидение, и один только сновидец реален, тот будет «с обеими руками и с обеими ногами брошен в геенну огненную». Тот, кто не поверит Владимиру Ильичу Ленину, что ощущение – свойство, присущее органической материи, кто не поверит в реальное существование внешнего мира независимо от своего сознания, тот может буквально живым поджариваться на раскалённых сковородках в аду, будет «мучим в огне и сере». Его будут мучить для того, чтобы он понял, что всякий злой поступок по отношению к другим, вытекающий из неверия в существование других «я», будет отомщён точно таким же злым поступком по отношению к нему. Действительно, мы видели, что только наказание и страх перед наказанием могли остановить мальчика, мучившего кошку, если он не веровал в то, что кошка способна чувствовать боль. Может быть, именно эту веру в существование чужих ощущений христианские апостолы превознесли, назвав драгоценным даром Божьим?

Докажем сначала то, что человек действительно мыслит при помощи мозга. Докажем правоту материалистов, что сознание, мышление, ощущения – продукт вещественного мозга. В качестве аксиомы возьмём правило морали, категорический императив Канта: человек должен поступать так по отношению ко всем другим людям, как бы он хотел, чтобы все эти другие люди поступали по отношению к нему.

Для того чтобы жалеть других людей и не быть жестоким эгоистом, необходимо наличие веры в то, что другие люди тоже, как и ты, способны видеть и слышать, испытывать желания и эмоции, мыслить и сознавать себя. Основание для этой веры находится в материализме. Ты знаешь то, что у других людей, как и у тебя, существуют мозг, глаза, уши. Если сознание, мышление и ощущения – продукт вещественного мозга, то другие люди могут тоже, как и ты, видеть, слышать, мыслить, ощущать, желать, радоваться или страдать. Если же считать сознание, мышление, ощущения не продуктом вещественного мозга, как тогда верить в то, что твоё «я» – не единственное во Вселенной. А отсутствие такой веры ведёт к сумасшествию и безнравственности. Будем доказывать от противного. Предположим, что сознание и мышление не являются продуктом твоего вещественного мозга. Предположим, что сознание, мышление, желания, ощущения могут существовать без материального тела, и они существовали без тела до твоего рождения на этот свет. До своего рождения на этот свет ты мог видеть, слышать, ощущать запахи и вкус пищи, мог мыслить и запоминать, но не имел ни глаз, ни ушей, ни носа, ни языка, никакого материального тела. До своего рождения на этот свет ты видел такой сон, в котором любое твоё желание немедленно исполнялось, и ты не знал, что такое страдание, вернее забыл, что это такое. Пожелаешь видеть гору бананов: она немедленно возникает перед твоим взором. Захочешь ощущать запах ландыша или вкус шоколада – немедленно ощущаешь то, что пожелаешь, и любая музыкальная мелодия слышна тебе по первому твоему желанию. Но не только создавать красивые мелодии и картины, чудесные запахи и кулинарные блюда для наслаждения своих зрительных, слуховых, обонятельных и вкусовых ощущений входило в число твоих развлечений в этом сказочном сне. Ты имел способность с одного раза запоминать любое количество информации и никогда не забывать то, что однажды запомнил. Поэтому познание всё новых математических истин не позволяло никогда скучать тебе. Всё было возможно в этом сказочном сне кроме одного: невозможно было испытать радость от мысли, что своим поступком порадовал кого-то другого. Ведь ты знал, что кроме тебя во Вселенной не было никогда, нет, и в будущем никогда не будет никого другого, способного, как ты, видеть, слышать, ощущать запахи и вкус, мыслить и понимать что-либо, радоваться чему-либо. Конечно, перед твоим взором по первому твоему желанию могли возникнуть тела людей и животных любой формы. Но ты никогда не смог бы поверить в то, что эти тела способны радоваться и ощущать что-либо, потому что они исчезают по первому твоему желанию. И вот для того чтобы познать новое неизведанное наслаждение и узнать, какую громадную радость можно испытывать, делая добрые дела, помогая кому-то другому в беде, превращая кого-то другого из несчастного в счастливого и веруя в существование других «я», ты придумываешь для самого себя совсем другой сон. В этом новом сне все твои желания уже не исполняются, и ты, и другие люди всегда имеют материальные тела, подчиняющиеся неизменным законам физики. Придумав для себя такой новый сон, ты лишаешь себя памяти, рождаешься на этот свет и начинаешь просматривать тот сон, который ты сам для себя и придумал до своего рождения. После своего рождения на этот свет ты впервые узнаёшь, что такое страдание, когда твоё желание не исполняется, и Луну достать с неба невозможно. Причём все твои страдания и неудачи только сильнее укрепляют твою веру в то, что у других людей существуют свои собственные желания, несовпадающие с твоими желаниями. Вывод отсюда простой: пока ты будешь наслаждаться от мысли, что своими добрыми делами радуешь других людей, пока не вспомнишь то, что ты – единственный во Вселенной, ты будешь страдать и не сможешь возвратиться в своё прежнее сновидение, где все твои желания немедленно исполнялись.

Таким образом, отход от материализма ведёт человека к безнравственности и солипсизму, делает его «сумасшедшим фортепиано, вообразившим, что оно одно существует на свете». Отсюда следует, что Творец Вселенной, как разумная личность, должен иметь вещественное тело. Немыслимо предположить, чтобы какой-то мозг мог существовать при условиях, когда в первые мгновения, по словам учёных, наша Вселенная обладала громадной плотностью и температурой. Это тоже свидетельствует в пользу научного атеизма.

Из существования всемогущего Творца необходимо следует такое его свойство: Творец допускает деградацию своего творения. Он может хотеть так поступать и поступать так. Или он может не хотеть так поступать, но заставлять себя так поступать. Это утверждение тоже доказывается от противного. Предположим, что Творец не желает деградации своего творения и не запрещает себе делать то, что хочется. Ясно, что характер человека, его умственные способности, познания и кругозор интересов, а также его нравственность – продукт условий воспитания, среды, внешних обстоятельств, следствие воздействия других людей. Несовершенные люди неизбежно будут дурно влиять друг на друга, и толкать друг друга к деградации умственной и нравственной. Творец, по предположению, не желает допускать деградации кого-либо и не является аскетом, следовательно, Он не может позволить несовершенным людям дурно влиять друг на друга. Поэтому Он должен изолировать всех несовершенных людей друг от друга, то есть оставить каждую несовершенную личность наедине с собой, придумав для каждой отдельной души своё индивидуальное сновидение, в котором все события только в лучшую сторону совершенствовали бы её. Итак, если твой Творец не может допустить твоей деградации, а должен тебя совершенствовать, то всё вокруг тебя – лишь твой сон, придуманный твоим Творцом для тебя с целью совершенствовать тебя. Все же другие люди – лишь радиоуправляемые куклы, запрограммированные Творцом так воздействовать на тебя, чтобы этим воздействием толкать тебя к интеллектуальному и нравственному росту. Эти куклы не могут ни желать что-либо, ни ощущать что-либо, ни сознавать себя. Но зачем Творец скрыл эту истину? Зачем позволил быть атеистом? Зачем позволил радоваться от ошибочной мысли, что своими добрыми делами ты радуешь других людей, когда на самом деле эти другие люди не способны ни радоваться, ни ощущать что-либо? Этим Он уже явно ввёл тебя в приятное заблуждение и, следовательно, толкнул тебя к умственной деградации. Таким образом, предположение, что Творец не хочет твоей деградации и в то же время не является аскетом, – это предположение ошибочно. Возможны только четыре точки зрения: или Творец не существует, или Он заинтересован в твоей деградации, или Он только наблюдает, но запрещает себе всякое вмешательство в ход событий, или ты – творец всего. Последняя точка зрения, называемая солипсизмом, рассмотрена выше.

Абсурдными являются заявления буржуазных академиков: «Современная наука доказывает существование Творца». Исходить из житейского опыта в этом вопросе – глупо, потому что за несколько тысяч лет человеческой истории не могло произойти такое маловероятное событие, которое происходит, например, один раз в миллиард лет. Обыватель думает: «Обезьянка с завязанными глазами, сидящая за пишущей машинкой, не сможет напечатать роман Стефана Цвейга «Мария Стюарт», потому что такого чуда никогда не видели ни он, ни его предки. Однако этот обыватель заблуждается. Вероятность того, что обезьянка с завязанными глазами, сев за пишущую машинку, сразу напечатает этот роман, равна (1/M)^N, где M – число клавиш пишущей машинки, N – число букв, пробелов и знаков препинания в этом романе. Так как эта вероятность больше нуля, то это событие непременно когда-то происходило и произойдёт снова на протяжении бесконечного времени. Случай рано или поздно совершит любое сколь угодно маловероятное событие, если это событие является возможным, то есть если вероятность этого события больше нуля.

Но гораздо вероятнее то, что эволюция и развитие органической материи от простого к сложному – не цепь идущих друг за другом маловероятных случайностей, а закономерность. Некорректно также сравнивать живой белковый организм с компьютером или роботом, доказывая таким образом существование Создателя, так как органическая материя коренным образом отличается от неорганической.

Для критики Библии рассмотрим утверждение Екклесиаста: «Что было, то и будет, что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чём говорят: гляди, вот это новое, но и это уже было в веках, бывших прежде нас». (Книга Екклесиаста, 1 глава). Доказывается ошибочность этого утверждения Екклесиаста очень просто. Если написан какой-то роман, то к нему всегда можно бесконечно добавлять всё новые и новые страницы, можно его бесконечно продолжать, и при этом будут возникать всё новые и новые романы. Объём символов, входящих в роман, ничем не ограничен, потому что в бесконечной Вселенной где-то должны существовать цивилизации со сколь угодно большой продолжительностью жизни, пишущие сколь угодно длинные романы. Таким образом, вовсе не доказано, что всевозможные длинные романы уже написаны на протяжении бесконечного времени, Пожалуй можно даже начать нумеровать все существующие во Вселенной книги различными натуральными числами, а так как число всевозможных натуральных чисел бесконечно, то во Вселенной окажется бесконечное множество различных книг, занумерованных разными номерами. Для любого натурального числа существует новое натуральное число, которое больше его на единицу. Прибавляя к каждому натуральному числу единицу, мы получаем новое число – это и доказывает неправоту Екклесиаста о невозможности создания чего-либо нового.

Всякая разумная личность содержит в своей памяти лишь конечный ряд событий, помнит себя с момента своего рождения. Вселенная не имеет начала во времени, а всякая разумная личность имеет начало во времени. Поэтому явно заблуждаются философы-идеалисты, считающие, что сознание – первично, а материя – вторична. Сознание – продукт вещественного мозга, как доказано выше. Однако всякая вещественная частица тоже когда-то появилась, то есть имела начало во времени. А вот законы физики существовали всегда, прежде всех времён и веков, то есть не имели начала во времени. Поэтому законы физики и дифференциальные уравнения, согласно которым движется материя, – первичны, вещество и поле – вторичны, а сознание является продуктом вещественного белкового или электронного мозга. Совокупность неизменных законов физики и неизменных дифференциальных уравнений – вот что такое Бог.

Но слово «Бог» здесь излишне и не нужно, как синоним законов физики. Кроме того, непонятно, как законы физики могут видеть, слышать, знать, гневаться, любить.

Если правы те учёные, которые утверждают, что около пятнадцати миллиардов лет назад в момент Большого взрыва вся Вселенная была сосредоточена в одной точке с бесконечной плотностью и температурой, то существует ещё одна неизменная величина. Количество энергии внутри шара с центром в той точке и с радиусом, равным расстоянию, проходимому светом за время, прошедшее от момента Большого взрыва, остаётся неизменным. Ясно, что при бесконечно большой плотности и температуре не мог существовать мозг Творца, и, следовательно, правы атеисты, отрицающие Творца.

«У нас есть уверенность, что материя во всех своих превращениях остаётся вечно одной и той же, что ни один из её атрибутов никогда не может быть утрачен и что поэтому с той же самой железной необходимостью, с какой она когда-нибудь истребит на земле свой высший цвет – мыслящий дух, она должна будет его снова породить где-нибудь в другом месте и в другое время». (Фридрих Энгельс, «Диалектика природы», Введение).

Но эти слова Энгельса относятся только к безмозглой неодушевлённой материи, обладающей неизменным стремлением к эволюцию и усложнению. Это вовсе не доказывает того, что разумный человек не может создавать чего-то нового. Человек может хотя бы бесконечно считать. Он может получать всё новые и новые цифры в десятичной дроби числа Pi, находя Pi/4 из ряда 1-1/3+1/5-1/7+1/9-…

Я ошибался, когда думал, что вредные мутации происходят чаще, чем полезные. Если бы это было так, то вероятность гибели жизни постоянно возрастала бы, но она наоборот убывает, так как у сложного организма больше шансов выжить, чем у простого.

В настоящее время среди «христиан» распространены две очень модные ереси. Первая ересь заключена в идее непротивления злу. Поскольку Христос не может противоречить Моисею, то когда Он говорит: «ударившему тебя в одну щёку, обрати к нему и другую», это означает, что сначала нужно исполнить закон Моисеев: «ушиб за ушиб», а уже потом подставить другую щёку, то есть не бояться того, что, отомстив, потерпишь большее страдание. Ясно, что мучительное наказание «в печи огненной, где плач и скрежет зубов», способно перевоспитать злодея. Если «Бог, кого любит, того и наказывает», то и мы, любя своих врагов, должны наказывать их самым суровым образом, чтобы те знали, что нельзя безнаказанно обижать добрых людей. Возможно, что человек тем сильнее жалеет других людей, чем больше он страдал сам.

Вторая ересь заключена в утверждении, что у человека якобы имеется свобода выбора, и если он выбирает непослушание заповеди Бога, то якобы он в этом виноват. Здесь совсем не принимается во внимание очевидный факт, что, делая какой-то выбор, человек побуждается к этому внешними причинами. Количество знаний, приобретённых человеком к этому моменту времени за всю прожитую жизнь, также определяет его выбор, но это количество знаний однозначно определено той информацией, которая поступила в его мозг через органы чувств в течение жизни. Бенедикт Спиноза прекрасно понимал это и совершенно справедливо отрицал свободу выбора: «Человеческий ум также мало властен начать познавать это раньше того или то раньше этого». Он понимал, что человек всегда побуждается к какому-то действию внешними причинами. То же самое утверждает и Библия. «Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же смеси сделать одни сосуды для высокого употребления, а другие – для низкого. Бог, кого хочет, милует, а кого хочет, ожесточает». (Послание к Римлянам, глава 9). «Никто не может прийти ко Мне, если не привлечёт его отец, пославший Меня». (Евангелие от Иоанна,6,44). «Не вы Меня избрали, но Я избрал вас» (Евангелие от Иоанна,15,19). «Нас Он избрал прежде создания мира, предопределив усыновить нас себе через Иисуса Христа по благоволению воли своей». (Послание к Ефесянам, глава 1). Кто тот, кто избрал нас? Возможно, Он – слепой случай. Если Он – разумная личность, то почему бы ему ни избрать всех без исключения? Особенно хороши слова Иисуса Христа: «Даже волоса на голове своей не можешь сделать белым или чёрным». Ошибкой было бы предполагать, что во времена евангелистов не была изобретена краска для волос. По-моему, данный текст означает более важную идею всеобщей причинности и означает то, что желания возникают у нас не по нашей воле. Неужели ты думаешь, что можешь выбирать: перекрасить свои волосы в другой цвет или не перекрашивать их? Твоя свобода выбора – иллюзия. Ты сможешь только тогда перекрасить свои волосы в другой цвет, когда у тебя возникнет желание их перекрасить. А от тебя не зависит, придёт к тебе желание их перекрасить или не придёт. Если ты запрещаешь себе делать то, что захотелось, то запрещаешь потому, что тебе захотелось запретить. Если бы у тебя возникло желание что-то совершить, и при этом не возникло желание удержать себя от совершения этого, то ты непременно совершил бы это. Всё, что происходит, подобно прокручивающейся киноплёнке, на которой уже заранее определено место каждому предмету для каждого момента времени. По-моему, никакое соотношение Гейзенберга из квантовой механики не вправе поколебать наше убеждение в справедливости принципа всеобщей причинности.

Преступника создают дурные условия воспитания, определённые внешние причины. Но из того, что виноват Бог, «не записавший преступника в книгу жизни прежде создания мира», не следует, что наказание преступника несправедливо. Это наказание целесообразно и полезно для перевоспитания злодея. Во-первых, после достойного наказания он будет бояться вредить людям. Во-вторых, может быть, он сможет жалеть других людей, когда, будучи наказан, на своей шкуре прочувствует те страдания, которые принёс другим людям. В-третьих, как показано выше, страдания укрепляют веру в реальность внешнего мира и веру в существование других «я».

Тем не менее, всё изложенное выше ещё не доказывает того, что на чтение Библии стоит тратить время. Нецелесообразна замена мирского понятии о значение слова «любить, на библейское: «любить означает наказывать», согласно посланию Евреям, так как в этом случае, можно стать садистом и наказывать (то есть ««любить») всех подряд.

Вот пример ещё одного из рациональных толкований Библии. Покойники не могут воскресать из мёртвых, если отбросить предположение, что наука когда-то дойдёт до этого. Однако любое желание, живущее в душе человека, может умереть или исчезнуть, а потом воскреснуть или вновь появиться. Познав какую-то математическую истину, со временем человек может забыть её, а потом снова восстановить в своей памяти. Таким образом, определённое знание может умереть в памяти человека, когда он забудет его, а потом воскреснуть, когда он вспомнит его. Определённые убеждения или верования человека тоже могут умирать в душе человека, а потом вновь воскресать. Определённые познания порождают одни желания и убивают другие желания. Определённые верования также формируют определённые желания. Иногда под действием определённых желаний рождаются и определённые верования. Можно предположить, что каждое имя в Библии означает либо определённое желание, либо определённое знание, либо определённое верование. И в библейских родословных и в библейских сюжетах и зашифрована эта взаимосвязь между различными желаниями, знаниями и верованиями.

Непонятно только, зачем терять своё время на расшифровку этих библейских родословных, когда есть книги более понятные и полезные, чем Библия, не нуждающиеся в расшифровке.

1 Февраля 2006 года. Владимир Фомин.

Об эволюции взглядов автора.

Эта статья написана на основе статьи «Материалистическое толкование Библии» и отличается от статьи «Материалистическое толкование Библии»:
  1. критикой утверждения Екклесиаста о повторяемости всех событий;
  2. новым взглядом на сексуальную похоть, как на следствие духовной потребности продолжить свой род, подробно изложенным в статье «О вреде мастурбации и контрацепции»;
  3. новым мнением о вероятности полезных и вредных мутаций в живой природе: полезные мутации более вероятны, чем вредные, и стремление живой материи к усложнению – это закономерность, а не случайность.
Критика критики утверждения Екклесиаста о повторяемости всех событий может быть основана на следующем утверждении статьи «Как доказать бесспорную правоту научного атеизма»: «Само существование зла, то есть всего нецелесообразного, бессмысленного, бесполезного в окружающей действительности свидетельствует о бесспорной правоте материалистического мировоззрения: материя – первична, а сознание – вторично. Если бы разум существовал так же давно, как и неодушевлённая материя, то в настоящее время этот разум уже достиг бы такого развития, что упразднил бы всякое зло, всякий хаос, всякое страдание, и сейчас не было бы ничего плохого, бесполезного и бессмысленного в окружающей нас действительности». Действительно, трудно поверить в то, что достаточно высокоразвитая цивилизация, способная упразднить всякое зло и страдание, не возникла бы на протяжении бесконечно большого времени существования Вселенной, если предположить, что Большого взрыва не было.

Чисто логический довод в пользу теории Большого Взрыва. Задаём себе вопрос: почему до сих пор существуют зло, войны, страдания, неизлечимые болезни и т.д.? Почему до сих пор наука не смогла победить всё это? Потому что наука ещё молода, потому что наука ещё пока не успела развиться настолько, чтобы избавить всех от этих бедствий и страданий. А теперь предположим, что Большого Взрыва с его бесконечной плотностью и громадной температурой не было, что Вселенная существовала всегда в прошлом с такими условиями, в которых возможно было существование разумной жизни. По-моему, из этого предположения явно вытекает то, что за бесконечность своего существования в прошлом, разумная жизнь уже должна была к настоящему времени развиться настолько, чтобы победить все страдания и все болезни, чего, однако, как видим, нет, что доказывает ошибочность нашего предположения о существовании стационарной Вселенной.

«В пользу идеи пульсирующей Вселенной можно выдвинуть следующий философский довод. В стационарной Вселенной уже давно должен бы возникнуть всемогущий Высший Разум, который уничтожил бы всякое зло, всякое страдание, всякий беспорядок, и в настоящее время не существовало бы ни зла, ни страданий, не было бы ничего случайного, хаотичного, не спланированного с определённой полезной целью». (Из статьи «Материалистическое толкование Библии»).

Таким образом, утверждение Екклесиаста о повторяемости всех событий может быть равносильно по смыслу идее пульсирующей Вселенной, в которой расширение всегда сменяется сжатием, и в тот момент, когда плотность и температура достигают бесконечности, погибает всякий Разум.

Я думаю, что надо оставить открытым спорный вопрос о том, может ли возникать что-то новое при бесконечном времени существования Вселенной. Ведь две бесконечности могут иметь разные мощности, как, например, множество действительных чисел имеет большую мощность, чем множество рациональных чисел. Не факт, что бесконечное множество всевозможных событий реализуется на бесконечном множестве времени.

Нельзя недооценивать и значение моей прошлой статьи «Атеистическое толкование христианства», в которой утверждается, что кто-то из нас, из людей, должен стать Христом и спасти Вселенную от тепловой смерти, упразднив второе начало термодинамики. Возможно, что идея «тепловой смерти» несостоятельна, так как Вселенная не является замкнутой и изолированной системой. Но Вселенной грозит сжатие в точку с бесконечно большой плотностью и температурой, где должен погибнуть всякий Разум, и, может быть, кто-то из нас должен догадаться, как повлиять на судьбу Вселенной, как не допустить того, чтобы её расширение сменилось сжатием, или как остановить сжатие до того, как плотность и температура станут бесконечными.

Нельзя верить этому утверждению статьи «Материалистическое толкование Библии»: «Сможет ли возникший когда-то Разум сможет повлиять на судьбу Вселенной и спасти её от «горячей смерти»? Сможет ли Он когда-нибудь изобрести средство превратить пульсирующую Вселенную в стационарную Вселенную? Нет, не может с философской точки зрения. Если бы это было возможно, то уже давно бы это произошло, и Вселенная сейчас уже была бы стационарной. То, что до сих пор ещё не произошло, невозможно и в будущем. После того, как Вселенная сожмётся в точку, и всё разумное в ней погибнет, произойдёт следующий Большой взрыв». Это утверждение совершенно не обосновано и, может быть, ложно. Наш человеческий разум способен придумывать всё новые и новые натуральные числа, прибавляя бесконечно единицу к уже придуманным, что доказывает бесконечную способность нашего разума творить новое. Возможно, человеческий разум может повлиять и на судьбу Вселенной, то есть спасти её от «горячей смерти», предотвратив сжатие её в точку с бесконечно большой плотностью и температурой.

2 сентября 2011 года. Владимир Фомин.

На главную страницу.